Swingbaby

Книги

Из купленного в Штатах за последний месяц:
The Lovely Bones by Alice Sebold
The Four Agreements by Don Miguel Ruiz (рекомендовали несколько человек, подозреваю, что это очередной Паоло Коэльо, решила ознакомиться)
You can heal your life by Louise Hay (читала на русском языке лет 10 назад, решила перечитать на английском. есть у меня подозрение, что то, что очень кондово звучит на русском и чему не веришь - это проблемы перевода, а не текста)
A Field Guide to burying your parents by Liza Palmer (уже прочитала, неплохой роман про психологические проблемы, проблемы с родителями и с intimacy, не совсем дешево-популярно написанный, вполне достойное чтение)
Crazy Sexy Cancer Tips by Kris Carr (хорошая книга, которая позволяет (в числе прочего) поменять свое отношение к раку, перестать его бояться, решить массу психологических, эмоциональных и физических проблем с ним связанных и вообще, позволяет поменять рамки восприятия. Даже не столько расширить их, а сменить фокус. Фильм мне, в отличие от книги, не понравился.)
The Mastery of Love by Don Migues Ruiz (взяла в нагрузку к The Four Agreements)
Deep Feeling, Deep Healing by Andy Bernay-Roman (книга психотерапевта, с которым я имела счастье чуть-чуть пообщаться в Hippocrates. идея о том, что если не заниматься базовыми проблемами (core issues), которые погребены глубоко внутри, то никакие аффирмации и никакой positive thinking не принесут особо ощутимых и долгосрочных результатов, показалась мне крайне важной и созвучной моим опытам и с тем, и с другим.)
Abide with Me by Elizabeth Strout (купила на амазоне, провозила с собой в Штаты, так там и не прочитала, так как накупила кучу всего другого прекрасного).

Следует также упомянуть A reliable wife by Robert Goolrick, мне она очень-очень понравилась, хотя reviews на Амазоне разнятся от 1 до 5 звезд. У меня не было никаких ожиданий, я купила ее прямо с полки, не зная ничего ни об авторе, ни об отзывах, и получила удовольствие. Книгу подарила своей знакомой во Флориде, когда уезжала, так как с багажом и так предвиделись проблемы.

*Если кого-то из моих друзей заинтересует что-нибудь вышеперечисленное, буду счастлива дать почитать*.

The Roosevelt Hotel

Мы снова в Нью-Йорке после незабываемых трех недель во Флориде, посвященных детоксу, оздоровлению, новому подходу к жизни и питанию и так далее.

Только я могла выйти в пижамных штанах с лосями и в папиных шлепанцах вниз по коридору к vending machine, купить водички, потом в таком же виде спуститься в центральное лобби, так как автомат зажал три моих монеты и человек, ответственный за починку машин, сказал мни пойти на front desk и получить refund. Только когда я в таком виде появилась в фойе, я поняла, что, наверное, слегка выбиваюсь из общей массы :))

Зато получила вместо денег две бутылки воды из бара с извинениями, а все остальные получили незабываемые впечатления от моих штанов. Хотя мне кажется, что здесь всем все пофигу :))

Обвести вчерашний день в календаре кружочком.

Меня обнял сэр Энтони Хопкинс.

Я вещала ему обычную фигню про то, что он гений и что я его обожаю. Упоминала картину “Дорога на Велвилл”. Он смеялсо.

Ура? Еще как “Ура!!!”

Back in the USA

Сижу с папой в аэропорту JFK, недавно прилетели Аэрофлотом из Москвы. Аэрофлот стал использовать на рейсах прикольный Airbus 330, с экранами для каждого пассажира, своим выбором фильмов, игр или музыки. Кроме того, на взлете и посадке показывают с видеокамеры самолета, как именно он взлетает и как именно садится. Это не так страшно, как когда просто смотришь в окно сбоку.

Jetlag все равно ужасен. Ждем рейса во Флориду, он задерживается на почти час. Сейчас почти 8 вечера по местному времени, меня прямо мутит, такая это глубокая ночь по московскому

Итоги года?

Календарные окончания и начала как-то перестали ощущаться как что-то значимое и такое, что имеет смысл поддерживать.

Можно сказать, что у меня был довольно длинный период спокойствия и баланса. Но то, что пришло на смену ему - несмотря на все нервы, страхи, балансирование на крае неизвестности и в какой-то мере неизбежности - я не могу назвать однозначно плохим. Или “черной полосой”. Или “ужас-ужас-ужасом”.
Здесь есть огромная польза, здесь есть алхимические процессы и быстрые результаты, такое ощущение, что Вселенная более чутко прислушивается и более оперативно реагирует на тех, кто находится в трансформации и переплавляет и себя, и свои представления о себе, и свою Вселенную. Конечно, скорее всего это не так. Просто обостренным восприятием мы более остро чувствуем этот ответ, это молекулярное движение, это изменение.
Через несколько дней мы с папой уезжаем в Штаты на три недели. Я стараюсь не утяжелять эту поездку надеждами, ожиданиями и провисанием на ней. Но я искренне верю, что трансформация произойдет, что можно менять свою жизнь, менять радикально, менять саму структуру и механизм своего общения с миром - в любом возрасте, с любой точки. И в любом году.

Бывают люди, движущей силой и единственным источником энергии для которых является негатив и борьба. С людьми, обстоятельствами, самим собой. Причем это настолько в какой-то момент становится очевидно и настолько страшно, что поначалу даже не знаешь не только, что с этим делать, но и что вообще можно с этим сделать.
Я помню лет 10 назад, когда этот вопрос был очень актуален для меня лично, с очень близким мне человеком, я пыталась каким-то образом показать этому человеку, ЧЕМ он питается, и помочь ему перестать так делать. Ни к чему, кроме отрицания, проблем между нами и ощущения безнадежного тупика, это не приводило.
С тех пор я видела много аналогичных случаев.
И вот сегодня поняла, что, кажется, в голове сложилась картина, как с этим можно быть (просто часто, когда человек живет борьбой, а в твоей власти не дать ему бороться хотя бы с тобой, а иногда и с миром, всегда осознаешь свою ответственность - ты лишаешь человека единственного источника жизненной энергии).
Так вот смысл не в том, чтобы что-либо “прекращать” или чего-то “не давать”. Смысл только в том, чтобы предлагать альтернативные способы, снова и снова, с разных сторон, не концентрируясь на том, как сейчас, а просто показывая, как ЕЩЕ бывает.
Ни за кого никогда мы не решаем, как жить - и как умирать, for that matter - но в наших силах решать, КАК нам жить, и в наших же силах дать близкому человеку возможности, показать пути, как может быть по-другому.

*** Все дисклеймеры про то, что я не самая тут умная, что я ни за кого ничего не решаю и т.п. , разумеется, можете считать написанными до, после и вместо текста.

Некоторые мысли о текущем моменте

Главное испытание на прочность всего, чему научился, всего, во что веришь - постоянно происходит таким образом, что “отличником”, решившим все задачи раньше всех в классе, быть не получится. Все вопросы и задачи - на грани и частично за гранью того, что ты считаешь допустимым.
“Хочешь не хочешь, чувак, а в пропасть прыгать все равно придется. У тебя там соломка подстелена? Тогда прыгни-ка на пару метров подальше, а то я смотрю, ты тут считаешь, что ты самый умный”.
Наверное, каждое решение, относящееся к глобальным вещам, принимается именно так.
И страшно сойти с проторенной и общей дороги. Даже если ты уверен, что общее - не обязательно самое верное.
Жизнь, конечно, изумляет меня вновь и вновь именно уровнем новых испытаний, имеено тем, ЧТО каждый раз ставится на карту.

Но ведь только так мы растем.

Ароматы - удивительный триггер, запускающий иногда очень неожиданно такой девятый вал ассоциаций и воспоминаний, что просто сбивает с ног и сносит этой волной.

В пятницу вечером я совершенно случайно забрела в “наш” бутик Nina Ricci (наш - в смысле находящийся в Крокус-Сити и принадлежащий Crocus Group), там совершенно автоматически брызнула  на блоттер из знакомого флакона L’Air du Temps … Одно время моя мама пользовалась этими духами, соответственно первые же ноты этого аромата вызвали настолько зримо ее образ, волну воспоминаний, ощущений, детальное расположение всех предметов вокруг флакона в нашей старой квартире, то, как там пахло, и как падал свет из окна.

Ехала домой и плакала в машине.

Последние месяцы я постоянно испытывала трудности, я понимала, что наверняка люблю свою маму, но постоянно анализировала и подвергала разбору все, что она делала не так, какие комплексы мне привила, как на меня кричала все мое детство, как мы часто бесились и не понимали друг друга.

Этот аромат помог мне понять одну простую вещь: все эти месяцы я таким образом не только пыталась решить свои проблемы, но и косвенно все-таки выразить свою обиду на ее смерть, свое ощущение “брошенности”, и пыталась обвинить ее в том, что с ней произошло и как.

При этом чувство любви - вот оно, такое же ясное и теплое, и четкое, и живое.

Когда-то давно мы с ней, обсуждая жизнь после жизни и пр. и пр., договаривались полушутя, что кто из нас первый умрет, должен будет как-то сообщить другому, что душа есть. В качестве media мы тогда решили использовать какие-нибудь духи. Мол, почувствуешь неожиданно в воздухе запах парфюма, которого там не должно бы быть - вот тебе твое доказательство. Все это было, конечно, несерьезно, в шутку, обсуждаемо, мы прикалывались, воображая как душа будет надрываясь тащить молекулы и т.п.

Смешно оно все замыкается.

“Урожайная грядка”.

Мне пора участвовать в конкурсе “Урожайная грядка”. На подоконнике горой лежат кабачки трех сортов, демонстрируют бочка, “ну-ка, съешь меня, дружок”. Куча прекрасной стручковой зеленой фасоли. Часть потушу прямо сегодня, часть заморожу. as organic as it gets. Когда-нибудь все-таки “брошу все” и организую настоящую organic farm, с подпиской на “3 кг сезонных органических овощей в неделю” от каждого страждущего, с аккуратными грядочками, с рукколой и салатами, высаживаемыми каждые две-три недели, с аккуратными рядами зеленого горошка, бобов, смешных мини-морковок, брокколи и цветной капустой.
Мне кажется, у меня получится.
Завтра будет фотография фасоли и кабачков.

Чехия, лошади, лето проходит.

Все собираюсь написать про то, как мы съездили в Чехию с Хелл-догом и Анной Палной в июле, и все никак не доходят руки. Между тем, в Чехии было совершенно чудесно, поездка получилась достаточно насыщенной и разнообразной. Хотелось бы больше времени провести в Праге, побродить по улицам, послушать город, но даже за те два дня, которые мы провели в Праге, мы много всего успели. В самые туристические места  не лезли, по музеям не ходили, зато попали в Пражский зоопарк и находили много километров по улицам и площадям. Аня молодчина, стойко ходила пешком, практически не скандалила, в зоопарке, правда, рвалась кататься “на всем, что движется”, но это сейчас период такой. Лошадный

Рядом с нами, практически в 5 минутах езды и еще 5 минутах ходьбы обнаружилась конюшня с прекрасными лошадями и уже вторые выходные мы с Аней ездим туда “к лошадкам”. АннаПална сходит с ума, требует, чтобы лошадка поскакала, просто ездить шагом ей тоже нравится, но не так интересно. Мы привозим им яблоки и морковку, кормим их, гладим, и Анька катается. Я думаю, что мне бы тоже надо в следующий раз сесть на лошадь, хотя бы какое-то представление получить о том, что такое держаться в седле.

Рядом с лошадками есть совершенно прекрасный бассейн, про который мне в Лесном городке только ленивый не рассказал. Туда тоже надо как-то начать выбираться, преодолевая лень и то, что дома всегда есть, чем заняться.

Ремонт кухни в самом разгаре, таджикские рабочие высказывают свое мнение о том, как лучше класть мозаику, как им кажется, более красиво. Бороться нету сил, просто сообщаю, что “делайте, как я сказала”, чтобы не убить.

Лето, меж тем, заканчивается, на участке уже созрела ежевика, огромные кабачки лежат на грядке, папа питается исключительно “своей” картошкой и “своими” малосольными огурцами. Погода совершенно сентябрьская, безумно хочется на море, но не понимаю, ни когда туда поехать, ни куда. Буду думать.